Заказ из «Юлмарта»: почему арестован совладелец холдинга Дмитрий Костыгин

Совладелец холдинга «Юлмарт» Дмитрий Костыгин помещен под домашний арест. Что произошло в одном из крупнейших российских интернет-ретейлеров и какие у дела могут быть последствия — разбирался РБК.

В среду, 11 октября, Дмитрию Костыгину как акционеру одной из коммерческих структур, зарегистрированной на территории иностранного государства и являющейся учредителем НАО «Юлмарт», было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.1 УК РФ (мошенничество в сфере кредитования), сообщило Главное следственное управление (ГСУ) Следственного комитета России (СКР) по Санкт-Петербургу.​

Во вторник в квартире Костыгина был проведен обыск, после чего бизнесмена вызвали на допрос. Около 22:00 он был официально задержан на двое суток.

Через своего представителя Костыгин вечером 10 октября передал сообщение для журналистов: «Во время кризиса или шторма главное не паниковать. Может быть, мне и неприятны сегодняшние события, но вины своей я не вижу, поэтому особо и не волнуюсь. Прошу меня услышать и не принимать поспешных решений».

Вечером 11 октября Смольнинский суд Санкт-Петербурга принял решение поместить Костыгина под домашний арест до 9 декабря. Защита будет обжаловать это решение «с высокой долей вероятности», заявил адвокат предпринимателя Константин Добрынин. «Очевидно, что до выяснения всех обстоятельств должна быть применена максимум подписка о невыезде. Нет никаких оснований для того, чтобы инкриминировать нашему доверителю это преступление, само обвинение выглядит абсурдно и противоречит формальной логике, а также действительным обстоятельствам», — заявил он.

Что сделал Дмитрий Костыгин?

Уголовное дело было возбуждено по заявлению Сбербанка.

По данным следствия, Костыгин, будучи председателем совета директоров интернет-холдинга «Юлмарт», 24 марта 2016 года договорился со Сбербанком об открытии возобновляемой кредитной линии на 1 млрд руб. Но, «не намереваясь исполнять условия договора», Костыгин предоставил в банк ложные сведения о состоянии «Юлмарта», считает следствие. В итоге после получения банковского финансирования «обвиняемый распорядился [им] по своему усмотрению».

«Юлмарт» совсем перестал обслуживать кредит в апреле 2016 года, уверяет собеседник РБК в Сбербанке. Совокупный размер задолженности холдинга перед банком составляет 2,43 млрд руб., включая кредит и долг по схеме факторинга.

Как пояснял РБК источник, знакомый с материалами дела, «ложными сведениями» банк, а затем и следствие посчитали нарушение пункта 2.3 кредитного договора — отсутствие неисполненных или ненадлежаще исполненных обязательств перед иными кредиторами. За неделю до подписания договора со Сбербанком, 17 марта 2016 года, в Приморский районный суд Санкт-Петербурга поступил иск от Олега Морозова о взыскании с «Юлмарта» 248 млн руб. Права требования на этот долг Морозов получил от Костыгина 15 марта 2016 года. Осенью 2016 года Морозов обратился в суд уже с заявлением о банкротстве «Юлмарта». «Исходя из информации, которой мы располагаем, на момент получения кредита лица из числа руководства и бенефициаров «Юлмарта» не просто прорабатывали возможность запуска банкротства компании для ухода от ответственности перед кредиторами, а уже предпринимали вполне конкретные шаги для этого», — пояснил РБК источник в Сбербанке.

Нарушений при сделке не было, настаивает защита Костыгина. «Суд уже подтвердил, что не было никаких нарушений при выдаче кредита в 1 млрд. руб., и что временный вынужденный невозврат кредита не причиняет банку убыток», — заявил Константин Добрынин.

Предусмотренное законом наказание за мошенничество в сфере кредитования — до десяти лет лишения свободы и штраф до 1 млн руб. Но, как сообщил РБК источник, знакомый с материалами расследования, и подтвердил другой источник в ГУ МВД по Санкт-Петербургу, дело может быть переквалифицировано на ст. 196 УК (преднамеренное банкротство) — до шести лет колонии. «Следователи считают, что договор между Костыгиным и Морозовым был формальным. Его заключили, чтобы в деле о банкротстве не звучала фамилия Дмитрия Костыгина, что стало бы еще одним признаком умышленных действий», — добавил источник РБК.

Следствие продолжает допрос свидетелей, которые могли бы прояснить — заключало ли руководство «Юлмарта» другие заведомо невыгодные для компании договоры, добавляет один из собеседников РБК. Кроме обыска у Костыгина 10 октября следственные действия проводились в квартирах Морозова и экс-гендиректора «Юлмарта» Сергея Федоринова.

Подробнее на РБК:
http://www.rbc.ru/business/11/10/2017/59ddf7989a7947731b3f6063?from=center_10